РАЗГОВОР В ШАНХАЕ

В принципе, разговор краток. Интимен. Смысл его обнаруживается просто, хотя с опозданием. В ванной, допустим.

То есть можно бы, конечно, поразмышлять здесь, сравнивая разговор с латышской игрой "золе" или же вообще побеседовать о лингвистических особенностях кэролловских сказок про Алису. То есть когда каждое слово не просто со смыслом, а даже -- со смыслами.

Но я все равно сравню неудачно с другим. Так вот, 10 марта, предположим, 2001-го вы лежите по пояс в воде. В ванной. Опять же в зеркале напротив видете свое лицо. Видете совершенно привычный рисунок. Сперва и сверху, как обычно, два глаза, а потом чуть ниже и посередине -- нос. А под ним -- рот.

Но если вы попробуете встать в полный рост, то увидите все то же самое, просто чуточку еще ниже. То есть: сперва и сверху два ваших соска, а потом чуть ниже и посередине -- пупок. Под ним -- все остальное, что прежде, как ни смешно, почему-то никогда не замечалось.

Сразу оговорюсь для недоверчивых -- все увиделось совершенно в трезвом виде. Ибо Шаврей боится утонуть пьяным. Ну а теперь -- разговор. В китайском ресторане "Шанхай", 10 декабря прошлого века. Во избежание излишней загадочности сразу объявлю, что разговор -- с Аугустом Сукутсом, главой кинофорума "Арсенал". То есть, по-моему, это было, с одной стороны, интервью для газеты. С другой -- одновременно и разговор. Так сказать, шампунь два в одном. Короче, все понятно, кроме одного -- ну как писать в разговоре, Шанхай или "Шанхай"?

-- Здравствуй, Андрей. Ты пунктуален. Ты действительно вовремя? ВОВРЕМЯ? Тогда БУДЕМ СЕЙЧАС КУШАТЬ. Плачу я, ведь я же приглашал...

Итак, я был в Китае. Сперва в Гонконге. Вокруг каждого дома в Гонконге -- целый рассадник пальм таких! Вечно цветущих!

Настолько уютный Гонконг. И как Нида -- маленькая.

Город идет... да, вверх. В гору!(То есть здесь режиссер Сукутс смотрит собеседнику прямо в глаза. И говорит "В ГОРУ!")

-- Социализм там ощущается?, -- так и не пошел в гору собеседник, потому что он как Нида -- маленький. То есть он не понял, не услышал. Не увидел. Но прочитал спустя три месяца в компьютере. И увидел. С тормозом. А больше Шаврей ремарок здесь не будет делать, он сейчас выдаст безо всяких пояснений разговор целиком.

-- Какой социализм? Ты что? ТЫ -- ЧТО?

Там никогда не было социализма. Не чувствуется он... НЕТ, НЕ ЧУВСТВУЕТСЯ...

Впрочем, юриспруденция там какая-то, конечно, сработала. Наверное. И он -- вошел. В состав Китая.

Хотя устои бизнеса и культуры остались, безусловно, прежними.

-- А вот Янис Латвелис, у которого в Китае гостили -- он же латыш. Отчего в Китае так долго?

-- Да нет, вовсе недолго. ЕЩЕ СЕМЬ ЛЕТ ТОЛЬКО.

Хотя он, конечно, и гражданин Латвии. Но, если не ошибаюсь, через полтора года получит там все-таки гражданство.

А здесь он -- работал. Твоим коллегой, кстати. В "Диене". В ее самом начале.

А потом судьба его ЗАНЕСЛА. В Гонконг. И он там остался. Хотя иногда бывает и в ШАНХАЕ. В "ШАНХАЕ"?

Вообще, он очень много путешествует. Лаос, Бирма, Зеландия, Бали, так далее. А я вот сейчас посмотрел книги про Бали -- неописуемо. Что творится в Бали! ЧТО ТВОРИТСЯ В БАЛИ?

Ну, хорошо, Гонконг! Это НАДО ВИДЕТЬ.

-- Это как в кино Вонг Кар-Вая?, -- искренне выпендрился Шаврей.

-- Нет, это все-таки другое..., -- резюмировал быстро Сукутс.

Кино, понимаешь ли, нередко отличается от жизни. Впрочем, может, это и хорошо. Уютно, спокойно. СИДЯТ. Пьют кофе. В Гонконге.

Хотя вообще в Китае ведь пьют, конечно, чай! Там в кафе даже заказываешь огромную кружку кофе... ПОЛ-ЛИТРЫ!

А есть и маленькие такие. Очень МАЛЕНЬКИЕ...

Ну, как у нас эспрессо.

Но он настолько мил...

О чем я? Безусловно, о НАСТОЯЩИХ субтропиках. Где влажность -- близка к абсолютной. Где все время влажно (слезы-слезы-слезы). Но -- все время солнце. И там -- нет зимы! В Гонконге.

А вот смотри, смотри: это мои работницы пришли обедать! Так, девушки, и вы тоже здесь обедаете? Мои работники пришли!

ПРИШЛИ!

Знаешь, а вот за Анной Кепе, у которой ты брал интервью, за ней вообще-то надо последить. ПОСЛЕДИ...

Итак, Гонконг. А до ШАНХАЯ мы еще доберемся.

Гонконг сохранил свои двухэтажные трамваи... Двухэжтажные автобусы тридцатых годов... Пароходики начала века... Они курсируют от Гонконга -- на материк...

И рядом -- сногсшибательный поезд. Вот что из фильма Вонг Кар-Вая! Из аэропорта он доносит нас... ну, до Гонконга! Космический поезд. И двигается бесшумно. На каждом кресле -- видеоэкран. МОЖЕШЬ -- ПОСМОТРЕТЬ... кусочек фильма. МОЖЕШЬ -- УЗНАТЬ... расписание самолетов. Почитать новости. Газеты... Ну, НА КАЖДОМ кресле. Выбираешь -- программу.

То есть смотришь, что хочешь.

А до города добираешься... За сколько же добираешься? Ну, минут за двадцать примерно, что ли?

Кстати, ты никуда не спешишь?

А город сохранил в себе английскую старую архитектуру. И она трепетна, оказывается...

То есть архитектура настолько любопытна глазу, что, когда заходишь за дом, то он открывается всеми своими нюансами. Неожиданными. Вдруг. А еще там есть площади. И там опять же трамвайчики идут. ВВЕРХ! Под углом где-то шестьдесят градусов.

То есть ты -- СИДИШЬ...

...а дома практически лежат с тобой... Настолько он КОСО... поднимается... И сверху -- весь город виден... Позади -- материк.

Очень уютный город, другого слова не подберу. Там ты действительно хочешь жить.

-- Я насчет супа спрошу. Пекинский острый суп там отличается от этого, от рижского?

-- Другая курица.

-- Вы должны были приехать первого декабря, но приехали позже...

-- Ну да.

МЫ БЫЛИ... ТАМ. Почти три недели.

Ну, основная цель, конечно, это фестиваль "Золотой петушок". Это Наннынг. Это -- город с четырьмя Н. (С четырьмя неизвестными?) ОН -- НЕПОЛНОГО ЧАСА ЛЕТА. От Гонконга.

Да, надо обязательно отметить, что эту поездку подарило Посольство Китая в Латвии. За программу нашего кинофорума "Арсенала". Что для нас был потрясением абсолютно.

Тот "Арсенал" мы общались формально... Потому что мы -- знали, где брали программу. ОНИ -- оценили качество программы. И оплатили эту поездку. Полностью!

-- Наннынг -- такой маленький курортный город?

-- Нет, это столица провинции. Проживает в нем... Если в Гонконге шесть милионнов, то...

Кстати: я НЕ ВИДЕЛ!..

Кстати: ни одной пробки в Гонконге! Я НЕ ВИДЕЛ больше... ну, ДВУХ-ТРЕХ человек... человек, стоящих одновременно у кассовых аппаратов -- то ли за дисками, то ли за едой в супермаркетах.

Ну вот. А шофер двухэтажного трамвая перед поездкой одевает белые перчатки -- и за штурвалом. СМОТРИ, как он ездит -- вот так, жмурясь. От удовольствия!

Ну вот, а Наннынг -- это, значит, город. С четырьмя Н. Больше МИЛЛИОНА жителей, что ли. В любом случае -- большая, конечно, столица.

И в провинциях проходит очень серьезный конкурс на право проведения ежегодного фестиваля. Это не только кинофестиваль, это и фестиваль музыки, народной музыки... Поэтому открытие было на стадионе. Вообще-то ПОЧТИ... СТО ТЫСЯЧ присутствовало.

Но мы -- ПРИЕХАЛИ ПОЗЖЕ.

Поэтому специально для нас повторили... СТО ТЫСЯЧ!

Хорошо, шутка. Просто открытие было два вечера подряд. Почти одинаковая программа. Гости, которые были на первом вечере, были и на втором.

Продолжаем: это действительно было красочно, масштабно. На поле -- ряды. Для випов. Ложи, костюмы, песни и танцы.

Я, кстати, купил несколько музыкальных дисков.

Надо сказать, китайская музыка своеобразна. Но если ты долго СЛУШАЕШЬ, то постепенно втягиваешься. ПОНИМАЕШЬ? И -- влюбляешься.

Как "лотос открывается и наступает новый день", как "в зимний вечер опустилась тень". Вот такие названия. Да, это очень красиво. Когда в это втягиваешься, ты три-четыре часа подряд СМОТРИШЬ. Ты -- СЛУШАЕШЬ.

И -- номера короткие, все идет в темпе, одно за другим, и нет убийств, и аплодисменты, и, конечно, фейерверк. НА ПОЛЧАСА... В конце.

-- Как долго длился фестиваль?

-- Он -- ДЛИЛСЯ... ВОСЕМЬ дней. Нет, но мы там были... по-моему... ПЯТЬ! Да, пять!

И вот теперь -- литовская история! Мы, значит, ПРИЕХАЛИ...

И вот первого, которого встречаем -- человек с бородой. А в Китае нет практически таких бород. То есть дети ко мне подходили и трогали меня...

И я подхожу ближе. Я -- СМОТРЮ. Европеец! Нет, еще ближе. Я -- СМОТРЮ. Ну, литовец!

И он еще ДАЖЕ НЕ ЗАГОВОРИЛ...

Короче, Пуйпа, Альгимантас Пуйпа! Кинорежиссер "Жизни Эльзы". Он привез ее на показ на этот кинофестиваль. Он с женой на последнем "Арсенале" был.

Но я не договаривался с ними о Китае.

Потом встретил там еще... Кого же? Да, Дашу Михалкову. Были коллеги и из Петербурга. Ну, пожалуй, вот и все из тех, кого мы знаем.

Потом была Польша представлена, Мексика, Италия, Япония, Америка. Около восьми стран. Иран был.

-- Махмальбаф?

-- Нет.

-- Какой по счету фестиваль?

-- А я с этого и начал...

Я вот и говорил, что каждая, значит, провинция -- непременно участвует в конкурсе на право проведения фестиваля!

А в Наннынге, городе с четырьмя Н, сейчас был, возможно, первый и последний фестиваль. ОН -- КОЧУЕТ. И в будущем году будет уже совсем другой город. Не знаю, БЫЛ ЛИ ОН УЖЕ В ШАНХАЕ?

Но борьба -- ИДЕТ. ОСТРАЯ!, -- в это время официант приносит какой-то острый соус.

Ибо победитель получает -- прилично.

То есть все, совершенно все, в любом случае получат дипломы. А если и идет борьба, то, конечно, за финансовые ресурсы.

Вот я так и ПОСМОТРЕЛ: город УЖЕ ПОСТРОИЛ... НОВЫЙ аэропорт. Устроил примерно -- Я НА ГЛАЗ СЕЙЧАС СКАЖУ -- да, ПЯТЬДЕСЯТ... километров дорог. НОВЫХ. Совершенно.

ДОРОГА ЭТА -- ДЛИННАЯ. И идет она сквозь ГОРЫ. Прорубаясь -- к аэропорту.

Короче, отличная дорога! Шириной метров, ну... в 15-20.

Ну а потом в городе -- новый "Хилтон". Где мы и жили. А еще есть комплекс мэрии примерно с шестью зданиями. В том числе с кинотеатрами.

Итак, там мэрия. Но только это НАСТОЛЬКО НОВЫЙ комплекс мэрии, что, собственно, мэрия ЕЩЕ НЕ УСПЕЛа войти. Но кинотеатр -- УЖЕ ОТКРЫТ.

И мы посмотрели в том числе фильм "Юность Мао Дзэдуна". Юность... Интересно было УЗНАТЬ подробности его жизни.

Вообще, Китай -- огромная страна. Там полтора миллиардов карточек выдано для переписи населения! И ты можешь представить себе эту страну -- СПОКОЙНО.

ТО ЕСТЬ ДЕЛАТЬ КАКИЕ-ТО РЕВОЛЮЦИОННЫЕ ШАГИ ВЛЕВО-ВПРАВО -- ЭТО, КОНЕЧНО, МОЖЕТ ПРИВЕСТИ В НЕПРЕДСКАЗУЕМЫМ СОБЫТИЯМ. Потому страна идет верным курсом. То есть -- СПОКОЙНЫМ.

То есть она -- ПРИОТКРЫВАЕТСЯ и для мира тоже. Понемножку и неспеша.

-- А вы там как гости были?

-- Как ГОСТИ, как ГОСТИ! Безусловно!

Ну а вот ЭТО -- НЕ ЗАБУДЬ. Это -- очень вкусно. Это -- ТУДА НАДО. Я забыл сказать, что рис -- в суп.

Ну вот, а теперь и третий город. ШАНХАЙ. ДОБРАЛИСЬ.

А в ШАНХАЕ -- история. Снова латышская. Вилнис Пуце его фамилия.

Он был менджером в норвежской фирме и работал по производству пластмассовых коммуникаций. Которые вкладываются в землю. Знаешь, по-моему, он хорошо работал ЗДЕСЬ. Вот ему потом и доверили регион побольше. По-моему, включая Эстонию. По-моему, включая и Санкт-Петербург, да?

Ну вот, и предложили ему порабатать. В Шанхае. И он -- управляет теперь пятью заводами. ДВЕ ТЫСЯЧИ человек у него в подчинении!

Он -- гениальный менджер! Он каждый день летает на самолете! Он каждый день В НОВОМ ГОРОДЕ! Он чувствует себя очень хорошо! Он с марта месяца там только...

А контракт, если не ошибаюсь -- на пять лет.

А вот и фото -- МЫ в шикарном баре в шикарном "Хилтоне". В центре ШАНХАЯ. В САМОМ ЦЕНТРЕ! 80 этажей!

И на фото он в зубоврачебном кресле. А за спиной -- бар. И там -- бутылки стоят. И он -- РАСКРЫЛ РОТ. Я подошел -- АЖДи влил ему сто грамм. Чему он был рад.

-- Что влили?

-- Водки. Китайской. Рисовой. Но там и разная водка...

НАДО ЕЩЕ ЗНАТЬ, КАКУЮ КУПИТЬ...

-- Почему задержались в Шанхае?

-- Потому что хорошо чувствовали себя!

А после этого МЫ -- ПОЕХАЛИ ПО ГОРОДАМ. Предположим, Город Шелка. Там -- столько магазинчиков! Примерно ПЯТЬСОТ.

ВООБЩЕ-ТО ДЕШЕВЫЙ ШЕЛК...

Но все равно -- там интересна хотя бы сама торговля. ТЫ -- ПОДХОДИШЬ. Спрашиваешь цену. ТЕБЕ -- НАЗЫВАЮТ. ОТЧЕТЛИВО, ЯСНО. НО ТЫ -- УХОДИШЬ.

Ну хорошо, но тебя ведь все равно догоняют. ТЕБЕ ДАЮТ КОМПЬЮТЕР, чтобы ты написал: КАКАЯ ТВОЯ ЦЕНА? КАКАЯ?

И ты сходу называешь цену примерно в два раза ниже.

И он -- хватается за голову. Он говорит -- "нет"! Он -- печален.

ТЫ -- УХОДИШЬ ЕЩЕ ДАЛЬШЕ.

Но он опять догоняет. И называет свою цену. НОВУЮ! С калькулятором.

И ты -- ставишь свою.

ТУТ, КОНЕЧНО, ГЛАВНОЕ НЕ ОШИБИТЬСЯ В ПЕРВОЙ ЦЕНЕ, КОТОРУЮ ТЫ ПОСТАВИЛ, ИБО ЕСЛИ ОНА БУДЕТ НЕРАЗУМНО НИЗКОЙ, ТО ЗА ТОБОЙ НЕ ПОБЕГУТ. Но если ты уже знаешь рынок, если ты походил по нему два дня и какие-то огрешности уже претерпел, если... ТЫ ПОНЯЛ?... тонкости этой калькулятурной игры, -- тогда все в порядке...

И вот тогда продавец говорит: "сися!" То есть "Спасибо". СПАСИБО!

Моя коллега Бенита очень пожалела, что не доехала до "Арсенала" в шелках. А то ходила бы вся в шелках на открытии.

Но я сказал, что В ШАНХАЙ МЫ ЕЩЕ ВЕРНЕМСЯ.

Там ведь, допустим, великий кинематограф. И надо только отбирать картины.

И в принципе, МЫ ГОТОВИМСЯ еще и к китайской программе. Но это ТОЛЬКО ЕЩЕ БУДЕТ... в будущем... году.

Хотя БУДЕТ неделя и итальянского кино. Это БУДЕТ Нани Морети, один из трех ведущих итальянских режиссеров.

ОН ЕЩЕ МОЛОДОЙ.

Хотя он снял уже десять картин полнометражных.

Но это БУДЕТ, ПО-МОЕМУ,.. октябрь!

-- Какая картина больше всего запомнилась в Наннынге?

-- Там БЫЛА ОЧЕНЬ ХОРОШАЯ КАРТИНА. Но я не запомнил ни режиссера, ни названия. Это была очень сильная такая социальная картина.

ПРО ТО, КАК ОНа ВОСПИТЫВАЕТ РЕБЕНКА.

В принципе, мелодрама. Но с потрясающей актрисой!

Кстати, мы с ней ПОЗНАКОМИЛИСЬИ ПРОВЕЛИ НЕСКОЛЬКО ВРЕМЕНИ ВМЕСТЕ. Мы с ней даже сфотографировались! Но только Бенита эту пленку потеряла успешно.

А вот все-таки ШАНХАЙ... ШАНХАЙ напоминает Москву. Только центр более мощный -- по высоте.

И китайцы очень приветливые, что меня поразило. Они, оказывается, ЛЕГКО ВХОДЯТ В КОНТАКТ С ТОБОЙ.

У меня, кстати, было другое впечатление перед поездкой.

ОНИ -- ПОМОГАЮТ ТЕБЕ. Но языка, увы, НЕ ПОНИМАЮТ. Разные языки.

И вот когда они тебя НЕ ПОНИМАЮТ, они начинают просто смеяться. Но не от того, что ВОТ ТЫ -- ИДИОТ ПРИШЕЛ, И НЕ ВРУБАЕТСЯ. Ну, просто такая реакция.

Я ЭТО УЖЕ ЗНАЛ. Так что тут же начинал смеяться вместе с ними.

И после этого доставал блокнот. И рисовал то, что ХОТЕЛ КУПИТЬ. Я не хотел купить маленькую кастрюлю. Я жаровню такую большую хотел! Я ХОЧУ, ЧТОБЫ БЫЛО МНОГО-МНОГО ЖАРУ! У китайцев все делается на газе, ЭТО ДОЛЖНО БЫТЬ ГОРЯЧО.

НО МЕНЯ ВСЕ РАВНО НЕ ПОНЯЛИ. Ну, ладно: тогда я эту жаровню -- нарисовал. И тогда мне показали тот дом, магазин, в котором -- продается.

А еду МОЖЕШЬ ВЗЯТЬ за один квай. Это фактически восьмая часть доллара. Я заплачу, потому что я приглашал.

В общем, СЕЙЧАС МЫ СЪЕЛИ... Что мы сейчас съели? Это был ТРАДИЦИОННЫЙ китайский суп. Но нам несут и второе блюдо. Это называется мясо из свинины с кисло-сладким соусом.

НАКЛАДЫВАЙ!

ИТАК, МЫ ПРОШЛИ ПОЧТИ ВСЕ СТУПЕНИ КИТАЙСКОЙ КУХНИ. В ШАНХАЕ. Начиная от супа этого вермишелевого, который стоит четыре квая, пол-доллара. Плюс -- ПЕРЕД ТОБОЙ еще и масса подносов с мясом и овощами.

Вот ты попробуешь -- там все чисто, все стерильно. Не знаю, для меня это была еда богов!

ЭТО -- ОЧЕНЬ ГОРЯЧО!

У ТЕБЯ ОТ ЭТОГО -- ТЕКУТ СЛЕЗЫ!

СЛЕЗА -- ТЕЧЕТ!

НО ПОСТЕПЕННО ТЫ ПРИВЫКАЕШЬ К НИМ...

Это -- целая улица. Примерно около ста заведений. Одно -- за другим. Они -- очень большие. Все -- кушают.

А есть улицы с ресторанами, которые напоминают футбольные поля. Стадионы, где кушают даже до ТЫСЯЧИ ЧЕЛОВЕК.

Просто китайцы любят приятное общество.

И мне тоже приятно, когда рядом кушают десятки, сотни человек. А потом -- наступает затишье...

Ведь кушают, в принципе, с 11 до часу, потом с пяти до семи. Конечно, с палочками. И мы кушали там с палочками. В этом нет проблемы. Ты сейчас, Андрей, ешь вилкой, а сейчас мы ПОПРОБУЕМ с палочками. Ведь здесь тоже дают палочки.

СЕЙЧАС ПОПРОБУЕМ.

-- Расскажите пока что историю этой фотографии, где вы сидите под портретом Мао Цзэдуна.

-- Это -- ШАНХАЙ. ШАНХАЙ!

СЕЙЧАС ПОСМОТРЮ... и скажу.

НЕТ, ЭТО НЕ ШАНХАЙ! Да, это вовсе не ШАНХАЙ, я тебе скажу. Это --город, который построен на воде, их Венеция. Старинный город Джордо.

Это -- один из антикварных магазинчиков. И Я НЕ ВИДЕЛ -- не видел позади себя портрета Мао. Я просто присел передохнуть у входа. И фотограф меня схватила.

Халлоу, официант! Принесите нам палочки!

-- Ваша реакция, когда узнали, что сидели под портретом Мао?

-- Я это принял как должное.

Вот вам и два лидера. Один -- подуставший, второй -- вечный.

Я имею в виду Мао.

-- Когда вы с Блумбергсом делали эмблему арсенальскую, почему исполнили ее китайскими иероглифами? Или -- это связь? И почему все туда направляются? Гринуэй с "Интимным дневником", например...

-- "Пиллоу бук". Ну, МЫ ПОНЯЛИ.

Значит, дело так. В 88-м году мы ВПЕРВЫЕ!!!.. показали китайский фильм, он еще был неизвестен в Европе. А потом он стал побеждать на мировых фестивалях.

И МЫ ПОЧТИ НЕ РАССТАВАЛИСЬ ПОСЛЕ ЭТОГО С КИТАЕМ...(????)

Кстати, ЗАМЕТЬ, что вот это -- еще наименее острый соус, соевый. Впрочем, в Китае тоже обильно употребляемый. И ЭТО НАДО КУШАТЬ. НАДО! Сейчас я покажу палочки, и как ими пользуются.

Это надо перемешать все.

-- Итак, эмблема.

-- Хорошо, через пару секунд ПОКАЖУ, как... Итак, значит, Илмар пришел ко мне и я ему рассказал историю о воде, которую я придумал. О той Божественной воде, которую мы зачерпнули во Франции, в Виши. И у него, как у истинного художника...

В общем, он принес мне слезу. Бунюэля. Которая нам всем очень понравилась. Потому что Бунюэль ну никак со слезой не ассоциируются! Это был мужественный мужчина и картины у него мужественные.

Хорошо, ЧЕРЕЗ ПАРУ СЕКУНД ПОКАЖУ, как пользоваться...

Да, и мы дико радовались. И надо было написать "Арсеналс". Слово! И вроде не пошло рядом со слезой.

И тогда мы сидели и думали, что же необходимо?

Ну действительно: ЧТО ЖЕ НЕОБХОДИМО, РАЗ УЖ МЫ ДОШЛИ ДО СЛЕЗЫ?

Как же сделать еще шаг дальше в духе Бунюэля? Вот прикоснуться к тому мышлению, как они мыслили. Когда не сама мысль присутствует, а когда она даже и отсутствует. Когда идет поток... Когда присутствует элементы сна.

И мы СУМЕЛИ себя погрузить в некоторое состояние сна.

Но только мы все обычно НЕДОЛГО СИДИМ. Час, сорок минут, никогда не больше. У всех какие-то дела.

Ну, хорошо. Тогда встал вопрос, А ЧТО ДЕЛАТЬ?.. с этим открытием, как его сделать? Вот сейчас -- ЕСТЬ СЛЕЗА! А КАК С ОТКРЫТИЕМ НАМ БЫТЬ?

КАК БЫТЬ?

Ну, хорошо. И тогда мы придумали потрясающую вещь. Которую МЫ -- НЕ РЕАЛИЗОВАЛИ. Но ведь уже сама идея была потрясающая!

Значит, нет никакого зубоврачебного кресла на открытии последнего "Арсенала". Но ЕСТЬ ЧТО-ТО СНОВА ПОКРЫТОЕ ЧЕМ-ТО. Невидимое. И как только пленка на экране начинает тлеть, покрывало -- срывается. И перед нами -- стол.

ВОТ ОН, ПЕРЕД НАМИ.

И вдруг из оркестра выходят четыре мужика, снимают свои фраки. И остаются в майках. В спортивных.

И у них по мановению волшебной ПАЛОЧКИ появляются ракетки. И на сцене начинается ДВОЙНАЯ игра. В пинг-понг.

Но, оказывается, там сетка натянута... Вся сцена забита светом!

И вот, значит, экстра-класса игроки ровно три минуты играют в пинг-понг. Пленка -- горит.

Мы связывались с Китаем, и с Германией, и с Австрией. И также со Швецией, где в пинг-понг играют мастера высочайшего класса. Вот чтобы шарик не оказался на полу...

НУ ЧТОБЫ ХОТЯ БЫ ТРИ МИНУТЫ ПРОДЕРЖАТЬСЯ!

Но только у всех были в это время соревнования. Все были заняты, все куда-то спешили.

Ну, НЕ ВЫШЛО. Ну, бывает.

И поэтому мы отказались. И поэтому было только зубоврачебное кресло. Но это тоже было очень хорошо. И мы рады этому.

А теперь НАЧНЕМ. Итак, ВОТ ТЕБЕ ПАЛОЧКА. Эта палочка берется здесь. И мертво закрепляется. Палец там сверху и он никуда не двигается, да? Ни влево, ни вправо. Кладется на два пальцы. А вот эти -- ОНИ ЕЩЕ НУЖНЫ БУДУТ ТЕБЕ. И этим -- дави. Чтобы она крепко была зажата. Теперь вниз, и в этой же руке. Берешь одинаковую длину -- и закрепляешь сверху. МЕЖДУ ЭТИМИ ДВУМЯ -- ЛЕГКО. И этим придерживаешь. Сейчас... Что-то не получается у нас, а что именно?

СМОТРИ!

Два пальца нижних и этот сверху. И держится крепко, да? Теперь этот вставляется сюда. Так, правильно. Теперь подправляешь его, чтобы он -- лег. У меня НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ. Не так, а вот так. Чтобы он бы лег на этот палец. Правильно, да. И сейчас -- ПОЕХАЛ, ПОЕХАЛ! А эти -- ЕГО ФИКСИРУЮТ. ОН ВЕДЬ УЖЕ НИКУДА НЕ ДЕНЕТСЯ, ДА? Важно, чтобы было это движение. Нет, вот такое, видишь? Этот -- неправильно стоит. Нет, просто... Эту убери ПАЛОЧКУ. Убери этот палец! Этот -- не нужен! Этот -- ОСВОБОДИ! Вот так. А этот -- СВОБОДЕН СЕЙЧАС. А этот -- вставляется. Ну вот так, как я -- на этот надо ставить. И этим пальцем НАДО СЕЙЧАС ЗАФИКСИРОВАТЬ. Вот этим, вот здесь. Вот этот палец...

НАДО ПРОСТО ДОТЯНУТЬСЯ СЕЙЧАС.

Так. Почему не получается?

А-а-а, вот ты... ты эти пальцы... надо сюда дать, в эту сторону. И сейчас -- вот так. Вот эта палочка, верхняя, она держится на трех пальцах. Сюда. А сейчас -- так. Вот на трех пальцах. И этот еще. ОН -- ВЫШЕ.

НАДО ДОТЯНУТЬСЯ ДО НЕГО!

Но ты так их держишь сейчас.

Надо их вперед, сюда. Ну нагни, ну нагни. Вот-вот-вот, чтобы почти они касались. Ставишь здесь и этот палец отводишь и придерживается. И БОЛЬШОЙ -- ПРИДЕРЖИВАЕТ. Так-так, секунду. Чуть-чуть... У тебя пальцы -- прямые, а у меня -- видишь: они чуть согнутые в этом месте. Сгибай их чуточку. Вот, уже ближе. Только чтобы они...

НЕТ, НАДО УЧИТЬСЯ!

О! Вот чего не хватает. Так... Нет-нет-нет. Секунду. Этот палец, он идет сверху, вот так, этот идет сверху и левый палец идет... ПУСТИ ЕГО ДАЛЬШЕ, да-да-да... Это зажми, нижний, зажми твердо. И начинай вот так двигать. Вот-вот-вот, да-да-да. И жми тремя, тремя, тремя пальцами. Этот люфт... и НИЖНИЙ -- РАБОТАЕТ.

И ТЫ НАУЧИШЬСЯ, чтобы нормально!

-- Главное, чтобы правильные учителя были.

-- Нет, ну... ЭТО ДОВОЛЬНО ТРУДНО ВНАЧАЛЕ, конечно. Но первый урок дан.

А сейчас можешь, конечно, вилкой пока что пользоваться, ладно. А китайцы схватывают даже самую мелкую крупицу. ДАЖЕ САМУЮ МЕЛКУЮ, МЕЖДУ ПРОЧИМ, КРУПИЦУ ОНИ СХВАТЫВАЮТ.

МОЖЕШЬ НЕ МУЧИТЬСЯ. Можешь взять вилку.

Но это ведь все равно как с женщинами обращаться. НЕЖНО... Знаешь, палки требуют нежности, с одной стороны. С другой -- ловкости. С третьей --силы.

-- Я еще одну порцию возьму.

-- Ну хорошо. А я тогда пока расскажу, как в Шанхае мне делали массаж!

-- И я тоже расскажу, как в "Шанхае" мне делали массаж...

...Последнюю фразу шанхайского разговора Шаврей дописал только через три месяца.

На главную
Напишите мне